|
| ||
|
|
||
 |
 |
 |
Все о
|
|
Дворник был так потрясен этим зрелищем, что пришел в себя только тогда, когда перед ним начал трескаться асфальт. Он бросил метлу, тачку и, перепрыгнув ограду парка, бросился наутек. Ему показалось, что земля проваливается у него под ногами. Когда он остановился и посмотрел назад, там уже сползал по склону вниз другой дом. А на том месте, где он недавно подметал, зиял огромный овраг, на дне которого хлюпала вода. Пейзаж напоминал лунную поверхность. Конечно, эта зарисовка из будущего выглядит чистой фантастикой. Особенно после всех заверений предыдущего и нынешнего архитектурного начальства Киева в том, что все в городе просчитано и исследовано учеными и специалистами-строителями. Мол, никакие неожиданности городу не грозят. Но так ли это?.. О коварстве красоты киевских пейзажей было известно давно. За обозримую историю города в нем наблюдалось около пятисот оползней. Особенно часто доставалось шоссе на набережной, где обвалы (особенно после сильных дождей) не раз перекрывали движение. При этом не обходилось и без человеческих жертв. Серьезная угроза нависла над культовыми сооружениями на склонах: Киево-Печерской лаврой, Выдубицким монастырем. Недавно в прессе появились сообщения об обвале в пещерах Лавры, произошедшем в результате подтопления, и об оползне возле церкви Спаса на Берестове Киево-Печерской лавры, из-за которого пошли трещины по стенам храма. Но это, как считают специалисты, только первые звоночки… Об опасности, угрожающей строениям на склонах Днепра, издавна хорошо было известно настоятелям Лавры. Так, в XVIII веке известный церковный деятель Серапион даже стал проводить серьезные гидрогеологические исследования. Он лично регулярно наблюдал за уровнем воды в Днепре. Здесь был установлен первый в Европе стационарный наблюдательный пост. Святой отец сделал немало, чтобы предотвратить сползание зданий Лавры в реку… С тех пор много воды утекло. Изменился город. На его нежном, легкоранимом грунте выросло немало гигантских сооружений. Они так сдавили его, что матушке-земле стало трудно дышать. Некоторые гидрогеологи даже утверждают, что после появления в последние годы на днепровских склонах массивных строений от масштабной катастрофы нас отделяет всего четыре-пять лет… Впрочем, идея использовать склоны для возведения какого-нибудь монументального сооружения приходила нашим бизнесменам от строительства уже не раз. Едва ли не с первых дней независимости Киевскую горадминистрацию буквально атакуют подобными проектами. Горожане, как могут, защищаются от не в меру ретивых бизнесменов, желающих вложить деньги в рисковый проект. Иногда на помощь киевлянам приходят деятели культуры из других стран. Так, на предложение соорудить на днепровских склонах новый Хилтон-Президент Палас отель отреагировали Совет Европы и Центр всемирного наследия ЮНЕСКО. Они обратились в Кабинет министров с призывом «пересмотреть план. Сооружение такого массивного здания нанесло бы серьезный ущерб архитектурной уникальности Киева». Поначалу деятели культуры обращались в различные инстанции, обращая внимание лишь на вопиющие недостатки проекта. Вскоре к ним присоединился мощный отряд специалистов: строителей, архитекторов, геофизиков, геологов, гидрологов, которые начали говорить о катастрофе, которая неминуема при осуществлении проектов, связанных с застройкой днепровских склонов. Призрак масштабной беды начал явственно вырисовываться из их обращений. Забеспокоилась общественность. Вот цитата из письма Президенту Украины жителей дома №9 по ул. Грушевского: «Втайне от общественности 23 июня 2003 года по ул. Грушевского, 9а началось строительство гигантского высотного гостинично-развлекательного комплекса. Он будет включать подземный гараж, наземную стоянку и другие сооружения на территории Мариинского парка и военной комендатуры Киева. Строительные работы создадут значительные структурные смещения на карстовых известковых грунтах на склонах Днепра и приведут к катастрофе. Это подтверждают проведенные экспертами на протяжении последних лет исследования возможностей строительства на этой территории». О том, что страхи жителей этого района не беспочвенны, подтверждает заключение специалиста — доктора технических наук, профессора, академика Академии строительства Украины Гелия Черного: «В результате строительных работ, начатых на участке по ул. Грушевского, 9а, непосредственно примыкающем к оползнеопасному и суффозионно опасному склону долины Днепра, началась заметная активизация этих процессов. До начала строительства оползнеопасный склон, непосредственно примыкающий к стройплощадке, находился в стабильном состоянии. Устойчивому состоянию склона в значительной степени способствовали достаточно эффективные дренажные противооползневые сооружения и скрепляющий эффект глубоких корней вековых деревьев, растущих на склоне. О близком к критическому состоянию и наличии криповых смещений свидетельствуют трещины разрыва на асфальтобетонных покрытиях дорожек и лестничных площадок склона, а также небольшие трещины в кирпичных конструкциях оград лестницы. О смещении в течение многих лет говорит также некоторая стреловидность деревьев, растущих на склоне. В осенне-зимний период оползневые процессы обычно активизируются. Можно ожидать, что увлажнение слагающих склон грунтов, усиленное вследствие уничтожения дерна и отсутствия водоотвода, в сочетании с техногенным воздействием строительных машин, приведет не только к локальным поверхностным оползням, аналогичным тем, что имели место в прошлом, но и к возникновению глубинного оползания, аналогичного недавним Черновицкому и Севастопольскому, остановить которое, с учетом большой высоты склона и достаточной его крутизне, будет невозможно. Окружающая местность примет вид «лунного пейзажа». Еще большую опасность представляет прокладка в непосредственной близости от оползнеопасного склона водонесущих инженерных сетей, ведущих к новому дому. Существующие нормативы допускают потери 10—20% протекающей по этим сетям воды, вследствие утечки в грунт. Однако фактические потери в Киеве и других городах Украины из водопровода и теплотрасс составляют 30—40%, а из канализации 50% и более. Поэтому застройка оползнеопасных участков с проведением инженерных сетей является бомбой замедленного действия. Столько времени, сколько этот дом будет находиться в эксплуатации, его жильцы и жильцы соседних домов, более далеко отстоящих от склона, будут жить как на вулкане. Процесс дестабилизации оползня, как показал опыт Черновцов, происходит так. В результате несущественных криповых подвижек произойдет повреждение нескольких труб. Вытекающая из них в небольшом количестве вода останется незамеченной, так как не выйдет на поверхность, а поступит в грунт. Обводнение усилит подвижки грунта и от этого процесс ускорится, а повреждения труб увеличатся. Так будет продолжаться, пока оползень не перейдет в активную стадию. В связи с большой высотой и крутизной склона остановить его не удастся. Обстановку ухудшит наличие большого подземного пространства под домом, вследствие чего трубопроводы будут заглублены. Кроме того, усугубит положение наличие даже небольших водных бассейнов. Дестабилизирующим фактором будет и наличие подземных гаражей с большим количеством машин, движение которых в непосредственной близости от оползнеопасного склона недопустимо. Соседние дома на ленточных фундаментах при таком развитии событий окажутся в еще худшем положении. Для части дома №9 по ул.Грушевского, обращенной к склону, соседнего исторического здания комендатуры и Мариинского сада угроза разрушения будет возрастать. Разрушению будет способствовать значительное распространение подвижек в глубину территории». К счастью, до недавнего времени Киев нельзя было назвать городом, которому угрожают землетрясения. Но вот еще одно неожиданное свидетельство специалиста — старшего научного сотрудника Института геофизики НАН Украины В.Рыбина: «По данным института, в Киеве неоднократно проявлялись землетрясения (1170, 1196, 1230, 1738, 1802, 1940, 1977, 1986 гг.) с очагом в зоне Вранча (Румыния), где амплитуда составляла 7—8 баллов. При этом, несмотря на сравнительно небольшую интенсивность колебаний земли, в Киеве (в среднем 4—5 баллов) отмечались трещины и другие повреждения зданий, а также оползневые подвижки на склонах. Так, например, в 1744 г. (после землетрясения 1738 года) колокольня Софийского собора «разбивана была расселинами мало не до звонов». Обводненность территории Киева сейчас значительно выше, чем 100 лет назад. По нашим наблюдениям и данным литературных источников, уровень грунтовых вод в течение ХХ столетия поднялся на территории Киево-Печерского заповедника на 6—10 метров, а в заповеднике «София Киевская» — на 4 — 6 метров. Нет никакого сомнения, что строительство нового высотного здания по ул. Грушевского, 9а, вызовет усиление обводненности и этого участка. Согласно расчетам, повышение уровня грунтовых вод на 3—4 м вызывает усиление интенсивности сотрясений земли от виброимпульсов на 0,5 балла»… Грустные размышления навевает и комментарий, который дал обозревателю «ЗН» известный украинский ученый, академик НАНУ Виталий Старостенко: «В Киеве соответствующими строительными организациями было обосновано строительство зданий лишь до 14 этажей. То, что сегодня строится по 23 и 30 этажей, это делается, назовем все своими именами, без всякого геологического обоснования. Чем это грозит? Все зависит от грунта — если он нормальный, то все будет хорошо. Однако если имеют место оползневые процессы, как, например, на Владимирской горке, жди неожиданностей. Мы уже знаем примеры — на Подоле дом начал съезжать. Следует учитывать и то, что одно дело — построить на опасном склоне собачью будку и совсем другое — высотку невероятной тяжести, которая будет медленно провоцировать нежелательные процессы. Это нельзя делать вслепую. Поэтому мы так тщательно защищаем свои отчеты, служащие законодательным основанием для строителей. Давайте вспомним то, что когда-то произошло на Куреневке, когда образовался сель, крушащий все на своем пути. Этот случай весьма характерен для Киева, стоящего на гористой местности. Оползни здесь довольно активные. Если мы не сталкиваемся с этим на каждом шагу, то только потому, что до сих пор все было хорошо рассчитано и добротно построено. Иначе была бы беда. Но сейчас строительство пошло по-другому. Элемент риска резко возрос… Увлеченные мощью техники, мы как-то забыли, что земля — живой организм. Под поверхностью почвы находятся реки, ручьи, озера. А мы во все это грубо вмешались — прорыли метро, теперь собираемся под Киевом прокладывать автомобильные туннели да еще и нагружаем сверху тяжеленными домами. К примеру, в старину, когда строили церкви, они опирались на так называемый ленточный фундамент. То есть фундамент был только по краям да еще и с отверстиями. Он «жил» и в этом смысле был очень щадящим. А сейчас все пространство под домами бетонируют. При этом изменяется естественное «тело» города, образуются опасные тромбы, перекрываются естественные пути движения воды. Впору задаться вопросом: а как вся эта живая система поведет себя дальше?..»
Надіслати свою новину Залишити скаргу Обмінятися порадами Дати оголошення |
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
новости, загрузка.
Загрузка...
Загрузка...
| ||||||||||||||||||||||